суббота, 22 сентября 2018 г.

Говядина во сне


На одной из последних консультаций мать заикающегося рассказала уникальный случай. Я бы даже сказал, уникальнейший, просто невероятный.  Ребенок, насмотревшись мультиков, придумал, что не засыпает по ночам, потому что к нему ночью может прийти Бык. Дети есть дети, и совсем не странно, почему Бык, а не козел.
Бережная мать сразу же побежала к психологу.  Психолог тоже тетка не промах, дай да и скажи: «А вы с ребенком договоритесь, что если Быку оставлять еду (как домовому от дури), то он только покушает, никого не тронет и можно спать спокойно». Честно говоря, не знаю, что сподвигло этого бздихолога к такому невероятному совету. Конечно, если она сама не оставляет еду для своего собственного приходящего косолапого.
Развитие событий, как и следовало думать, было быстрым. Невротик-то он на то и невротик, чтобы схватить проблему и не отпускать пока костьми, то есть нервами, не ляжет. Все стало обрастать большими и большими выдумками для «усмирения» Быка. Дошло до того, что еду оставляли уже в разных местах, на разных тарелочках, а затем даже в холодильнике. Вот все думаю, может мать не договаривает, может и Столичной пару стопок наливали, да с огурчиком. Тут любой Бык, если он не Свинья, от ребенка отстанет. Но ведь не отстал, зараза! Может не то клали на тарелочки и в холодильник? Может скумбрию, а надо было стерлядь или осетра, или, на худой конец, форельки. Интересно, а ночной Бык любит вареный лук или салатик из морковки с чесноком?
Теперь серьезно. Подобные «советы» бездарных, непрофессиональных, глупых и возмутительно безразличных психологов стали появляться. Одно дело, когда нечто такое пишут и советуют колхозники или слесари, что можно смело отмести как алкогольный бред «советчика» ( См. заметку  «О разборе страхов заикающегося ребенка».) Но другое дело, когда вы на приеме у дипломированного, елки-палки, специалиста. Если у вас самих здравого смысла и критического мышления ноль, то дело может кончиться плохо.
С ребенком-невротиком ни в коем случае нельзя делать ничего такого. На все выдумки о ночных снах и страхах необходимо отвечать коротко, просто и с улыбкой: «У нас дома нет ничего страшного, мы не боимся и тебе нечего бояться». Но еще лучше не спрашивать такого ребенка ночью: «Чего ты испугался?» Ведь именно этот вопрос возбуждает невротическую фантазию. Если ваш малыш понимает абстрактные шутки, то это - лучший выход. Согласитесь, если приходил Бык, то где его, извините, навоз? Нет навоза – нет Быка. Или вы что, по полю в деревне не гуляли?
Дорогие мамы и папы, вам надо научиться чувствовать не только свою любовь к ребенку, но и его особенность – невротизм. Научиться самим и научить ребенка с ним жить. У большинства – отлично получается!


А.С.

среда, 11 июля 2018 г.

С медленноговорением не шутят


Начнем с того, что еще при И. Сикорском считалось, что медленная речь помогает при заикании, однако до сих пор ни один специалист не дал научного обоснования этого тезиса. Считается, что замедление речи успокаивает и тормозит возбуждения в коре головного мозга. Может быть. Но вот можно ли простым замедлением речи лечить? Нет, нельзя. Рассмотрим, что произойдет, если использовать то, что некоторые называют «интонационной люлькой». Интонационная люлька – это замедленная форма речи с продолжительным акустическим фронтом на ударных гласных. Типичный пример такой люльки – это речь по Л.З. Арутюнян. Если вы послушаете ее пациентов, то сразу все поймете. Например: «Дорогииие товааарищи, мне так хооочется скааазать вам глааавное». Выглядит симпатично, смахивает на речь спросонья и на волны. Заикающийся человек, обучающийся этой форме интонирования, постепенно меняет свое речевое состояние с патологического на новое. Но вот вопрос, является ли оно саногенным или просто новым - до сих пор остается спорным.

Артисты, входя в новое «сценическое» состояние, во время спектакля часто перестают заикаться. Но спектакль прошел, и в гримёрке начинается заикание. Если интонационная люлька применялась долго и плюс к тому использовалась синхронизация с ведущей рукой для упрощения восприятия данного способа, то взрослый может получить сносный результат. Но почему рецидивы? Ответ лежит на поверхности. Этот вид коррекции опосредованно воздействует на речь, не касаясь ее неправильно сформированной заиканием структуры. Поэтому память взрослого человека ее забывает, она чужеродна, как таджикский акцент. Не спорим, могут быть индивиды, пользующиеся этим всю жизнь, но исключения только подтверждают правило. Правило не слишком обнадеживающее. Подчеркиваем, описание работы профессора Л.З. Арутюнян в нашу задачу не входит, но некоторое вступление нам необходимо для разъяснения проблематики применения медленноговорения детьми и их родителями. Так же мы затронем проблему возникновения совершенно новой разновидности логофобии, которая появилась у заикающихся детей относительно недавно.

Не стоит доказывать, что взрослый от ребенка отличается многим, в том числе и тем, что у взрослого речь сформирована полностью, несмотря на заикание. Недоразвитие речи у взрослых – это невероятная редкость. Ребенок даже 10 лет, особенно современный, перегруженный девайсами и «мудрыми» родителями, часто имеет элементы речевого недоразвития. Так можно ли работать с детским заиканием, не работая над звуко-слоговой структурой слов и речи в целом? Невозможно! Если научить ребенка интонационной люльке вместе со всеми ротацизмами, ламбдацизмами, дизартриями и пр., то можно не только не достигнуть устойчивого результата, но и остановить развитие речи и даже получить более серьезные осложнения. При этом ребенок на фоне сонной речи воспринимает ее именно как некое бесформенное «акустическое желе», лишенное точного согласного, точной артикуляции слов. Можно подумать – ладно, главное – нет заикания. Может быть, однако оно немедленно возникнет, когда потребуется увеличение и форсирование речевого материала, например, в школе. Оно возникнет, если последует внезапный вопрос, требующий краткого ответа в одно единственное слово. Например: «Маша, кто там пришел?» и вдруг услышите «д-д-дядя» или «к-к-кот». Именно так чаще всего возникают рецидивы у детей, обученных говорить медленно. Реставрация болезни здесь не самое опасное событие. Хуже, когда возникает страх артикуляции согласного, зачастую это случается на неавтоматизированных согласных в том случае, если логопед до работы над заиканием не устранил все дефекты. Но бывают и вовсе уникальные случаи.

«Мальчик Рустам, 7 лет. В детском садике сертифицированный логопед работал с ребенком по методике Л.З. Арутюнян. Речь ребенка на обследовании чрезвычайно затянута, нечетка, артикуляторный аппарат работает замедленно. Заикание выражено во всех видах речи. Во время начала работы выяснилось, что ребенок не в состоянии без судороги произнести ни один отдельный согласный звук! Нет информации, нет психологии, нет никакой коммуникации. Нужно только один раз двинуть языком. Например, звук «Г» выглядел гримасой с многочисленными разнотональными повторениями «г-г-г», звук «С» выглядел как спазматическое сокращение артикуляторного аппарата. Я подчеркиваю – сама речь с заиканием выглядела традиционно. Так себя показывали отдельно произносимые изолированные согласные звуки. Сам ребенок утверждал о наличии некоего страха, согласные казались ему «колючими», а речь «мягкой», несмотря на заикание, и он старался «не замечать» согласные вообще. Этому эффекту мы дали название – консонантофобия. Дать ответ в одно слово ребенок не мог даже на уровне «да» и «нет». По утверждению родителей, раньше, до «затягивания» речи, этого не было, и они слышали обычные согласные, когда учили буквы. Это не единственный случай возникновения трудностей с отдельными согласными после применения медленной речи. Однако этот случай самый трудный в нашей практике, так как ребенок демонстрировал судорожную готовность на абсолютно всех изолированных согласных звуках без исключения! Нам пришлось изрядно модернизировать свой метод для этого мальчика, чтобы преодолеть проблему. И постепенно, в ходе реабилитации, консонантофобия исчезла, а с ней и заикание. Но это произошло не как всегда моментально, на это потребовалось время. Я возвращаю читателя к пониманию. Задумайтесь – этот ребенок не мог сказать ни один согласный звук. Каждый изолированный согласный вызывал страх и судорогу. Таким образом, специалист неразумно применила «медленноговорение» совместно с недоразвитием речи и дизартрией. Вся речь воспринималась ребенком как «вяло текущая», бесформенная субстанция, его так научили, ему говорили, что это – «образец», что именно так «правильно». Когда пришло время обучения чтению – этот процесс вызвал потребность речевого развития. Но ребенок отказывался точно артикулировать звуки так, как должно. Он стремился следовать «науке» логопеда, и это привело к существенному ухудшению состояния. Последствия оказались более чем печальными.

Никакой коррекционный способ или метод невозможно применять, не устраняя дополнительные речевые нарушения. В противном случае вероятно возникновение боязни артикуляции согласного звука, то есть консонантофобии. Эта фобия полностью меняет картину заикания в сторону глубокого осложнения. Не стоит ни в коем случае  вести работу над заиканием без нормативного звукопроизношения и речевого развития. Единственным исключением может являться возможность развития речи в ходе коррекционного курса. Если этого не делается, то поберегите своего ребенка. Невозможно лечить заикание, не научив ребенка правильно конструктивно строить слова и речь в целом. Как уже абсолютно очевидно сейчас, это не только пустая, но и опасная затея. При дизартрии логопед должен проводить артикуляционную гимнастику и логомассаж, развивая подвижность и активность речевого аппарата, добиваться точности и красоты артикуляции. Но малышу предлагается делать прямо противоположное, то есть из речи кисельное месиво. И это в момент ее развития!

Кроме прочего, логопед, продвигающий коррекцию в виде «медленноговорения», опирается на образцовость или эталонность такой речи. Педагогически направляет ребенка именно на этот пусть. Но вкупе с другими дефектами ребенок фиксирует их истинность в полном составе, то есть: «медленногворение+ротацизм+сигматизм+ …», что может серьезно нарушить процесс развития речи в дальнейшем, снизить обучаемость. Зачем исправлять то, что ранее называли правильным? Это нелогично! Попытка исправления дефектного звукопроизношения после медленной речи чаще всего приводит к реставрации заикания, так как стереотип коррекционной речи разрушается, как карточный домик.

Маленькое отступление. Представьте, приходит к логопеду девочка с заиканием и говорит: «М-меня фовуч Мафа. М-мне фефть дет». Логопед говорит: «Давай будем говорить медленно». Девочка: «Меееняяя фооовуууч Мааафааа! Мнеее фееефть дееет!» «Правильно, Машенька, так и говори дальше. Только так!» – сказал логопед и довольный пошел пить чай. Как думаете – это как назвать, кроме как непрофессиональным и даже пещерным подходом к лечению? А именно так чаще всего сегодня и происходит практически во всех заведениях, «лечащих» заикание медленноговорением у дошкольников.

50 лет назад госпожа Ю.Б. Некрасова утверждала принцип «Никто не заикается на открытых слогах», этим постулатом до сих пор пользуются ее последователи, например, Н.Л. Карпова. В современных условиях такое утверждение выглядит неверным. Заикание стало встречаться и на открытых слогах и даже на изолированных звуках. Однако, почему ранее этого не встречалось? Причин много. Главная – речевые нарушения и недоразвитие речи получили эпидемическое распространение. Сегодня нормально говорящие дети – это исключение. То есть, почва для осложнений заикания стала более плодородной, и вероятность попадания заикания на речевое недоразвитие или дизартрию многократно возросла. Значит, ранее было просто невозможно найти такие случаи, а сегодня их много. Так же и «методики» ранее не были коммерческими, и потому впопыхах их не «адаптировали» для детишек. Но сегодня бизнес цветет и пахнет. Разве для бизнесмена есть разница, с недоразвитием речи ваш ребенок пришел или нет. Товар важно продать. Что поделать - пока одни докапываются до корней, другие успевают дотянуться до плодов. 


Предупреждение! Вы можете следовать любым своим мировоззрениям и почитать любого специалиста, как истину в  последней инстанции. Но если ребенок страдает недоразвитием речи или стертой формой дизартрии, то не учите его говорить медленно, не превращайте его речь в «желе». После кратковременного эффекта это приводит не к устранению заикания, а к его тяжелым осложнениям в дальнейшем.

В настоящее время готовится материал, который докажет тщетность лечения заикания через медленноговорение. Вы увидите графики записи звука с измерениями и сможете в цифрах сравнить энергетические затраты на медленную речь, обычную речь, и на заикание. Только предварительная оценка показывает, что медленная речь требует от человека более чем втрое (!) большей энергии на речь, чем обычная, и равную или большую энергию по сравнению с самим заиканием. О какой речевой релаксации можно вести речь, когда человек расходует столько энергии?




Светлана и Алексей Скобликовы

воскресенье, 8 июля 2018 г.

Сиськи-Масиськи


Во времена Л.И.Брежнева про его послеинсультную афазическую речь ходили анекдоты. Например, такой. «Брежнев отвечает на вопросы трудящиеся: «Рабочие и колхозники, просят у меня разъяснить некоторые тезисы, которыми я пользовался в выступлении на 25 съезде КПСС. Здесь явно существует непонимание. Например, я никогда не говорил «сиськи-масиськи», а говорил – систематически, так же я не говорил «сосиски сраные», а исключительно – социалистические страны. Я не указывал, что «всёговно», а подчеркивал, что коммунистам не всё равно». Мы уже пользовались образом этой творческой личности в книге "Заикание в вопросах и ответах" ( Вопрос № 8 ) только вот другой образ, увы, не появляется при воспоминаниях этой темы. Итак, снова по следам любопытной консультации.

У девочки 2 года 8 мес, родители которой обратились за помощью, установлено – ребенок помимо заикания средней степени тяжести страдает стертой формой дизартрии и элементами недоразвития речи. Ребенок до возраста более 2-х лет на грудном вскармливании с кослипингом. Девочку невозможно понять. Оба родителя врачи – акушер и лор-сурдолог. В ходе беседы мать заявляет, что имеет «личное мнение» относительно долгокормления, отличное от нашего, и считает его истинным. ОК, каждый человек может иметь свое мнение. Господа, может вам тогда самим лечить своих детей и не обращаться за помощью? Если вы обращаетесь в надежде на помощь, вам поздно спорить – вы уже натворили бед! Вы или принимаете наш взгляд, или пользуетесь своим и лечитесь дальше домыслами балаболов. Это совершенно логично. Поверьте, глупо после назначения врача вычеркивать из рецепта таблетки и процедуры и говорить, это я пью, это я не пью, это делаю, другое нет. Идиотизм, да и только. Гиппократ послал бы к черту такого пациента. С момента публикации статьи про инцест долгокормителей прошло уже 7 лет. Её прочитали более 120000 человек. Однако количество сектантов «свидетелей долгокормления» увеличилось, количество заикающихся тоже, а детские дизартрия и психиатрия вообще чрезвычайно расцвели. Катастрофически падают когнитивные способности у детей.

Я категорически не приемлю родительского подхода следующего содержания: «У нас заикание, дизартрия, но мы все делали правильно, и будем делать, как хотим! Помогите». Я еще могу понять таких «до» лечения, однако встречаются точно такие же и «после». Сиськи-масиськи встречаются, то есть систематически. Откуда они берутся, эти товарищи? Я попробую разъяснить на примере другого прелюбопытного вопроса этой же матери в ходе логической цепи.

На видео, присланном нам для информации о речи ребенка, девочка была снята в торговом центре, с грохочущими динамиками и людским гвалтом. Естественно, это вызвало обсуждение того, что детей-невротиков недопустимо водить в такие места, так как эмоциональная нагрузка на психику, совмещенная с акустическим давлением – чрезвычайно опасная вещь для здорового человека, а уж для невротика… Существует пытка, ее мало кто выдерживает. В камере, где сидит несчастный, постоянно мелькает свет (в торговом центре он тоже мигает), громко играет музыка (как и в центре), и к человеку постоянно обращаются с различными требованиями – назвать имя, дату рождения и пр. (в торговом центре вы тоже постоянно обращаетесь к ребенку). Бедные, бедные дети, какие страшные люди ваши родители, просто изверги, фашисты… Так и хочется крикнуть: «¡No pasarán!»

Однако это еще не все. Вы думаете, история так проста… В торговый центр эта девочка приезжает на машине, на переднее кресло которого укреплен мобильник с мультиками. Едет и смотрит. Красиво. Однако папочкам и мамочкам, которые так «любят» свое чадушко, ровным счетом плевать, что они, сами того не понимая, устроили ребенку «Симулятор психоза». В авиашколах есть симуляторы полета – это движущееся кресло с экраном для имитации полета с реальными ощущениями, чтобы пилот лучше контролировал планер и готовился к нештатным ситуациям. Летчики покидают симулятор с тахикардией и в поту. Но ведь кресло в машине заставляет психику ребенка отслеживать движение и в это же время смартфон требует от него внимания за экраном. Какого беса дергать ребенку нервы? Отчего же взялось заикание, нет-нет, мы не виноваты, это все «общество», это все «детсад», это кто угодно, но не мы. Мы же – сама любовь, мы так долго кормим грудью и почти облизываем! Консультация продолжилась.

И здесь последовал шедевр.

Мама с ехидцей, поглядывая в камеру Skype, спрашивает Светлану Борисовну: «Вот вы говорите, что в детский сад нужно ходить, а в торговый центр нельзя, а в чем же разница?» Бах! Вот это доктор, вот это целитель! Этот человек не в состоянии понять разницы между «системой дошкольного образования, социального взросления и адаптации» и «вертепом развлечений». Для неё все равно – что полено, что бревно… Ну, правильно, не водите ребенка в сад, нечего вашей девочке там делать, кормите грудью дальше, ходите по торговым центрам, там и воспитаетесь и социализируетесь. А куча логопедов, психологов и психиатров уже ждет вас, они открыли свои двери и карманы, они уже зазвенели колокольчиками, зазывая новых и новых Буратин. В сад ни-ни, только с мамой у груди, только то, что детка хочет, сразу грудь и все так мило, расчудесно и красиво! Не будет вас, что они заработают?

Я с ужасом подумал, что если человек не понимает разницы между ДДУ и ТЦ, как же он служит в очистке, то есть ЛОРом? А вдруг он нос с горлом перепутает? Ай, страшные люди теперь пошли, однако. Вот ведь до чего народ Госдеп довел, при Брежневе такого не было.

Интересно, они все такие долгокормители и совместноспатели? До сих мы встретили сотни их детей, но ни один из них не имел здоровые психику и речь. Вам не страшно?


А.Скобликов