Концепция исправления заикания в коррекционной семье

Из книги "Заикание: лицом к лицу"

При слове «санаторий» на ум приходят пальмы, Ливадийский дворец, чудодейственные источники, грязевые ванны и шум морского прибоя. Под Москвой это тоже можно представить, но глухая деревенская реальность от этого не изменится. Слово «санаторий» обозначает «здравница», и оно как нельзя более подходит к концепции в целом и к собственному наименованию нашей первой коррекционной программы «Санаторий «LIBERTY» в частности. Семейным санаторий назван потому, что в процессе лечения принимают активное участие члены нашей семьи, являющейся коррекционной. Так почему же я считаю собственную работу концепцией?

Не секрет, что заикание возникает и становится болезнью не в каждой семье. Особенности микросоциальных сред, в итоге приводящих к закреплению заикания, очень разнообразны, как и возможности взрослых адекватно воспринимать лечебный процесс. Различными являются и реальные психо-эмоциональные способности родителей помогать в лечении. Их собственное видение правоты или неправоты методики может окрасить как позитивом, так и негативом каждый методический компонент и личность работающего с ними специалиста. А это, вполне возможно, поставит под сокрушительный удар успешность исправления заикания.

Из заметок. «На встрече с матерью и отцом пятилетний Леня Е. великолепно выступил на концерте. Блестяще отвечал на вопросы. Последний вопрос мамы прозвучал так: «Чем ты здесь занимаешься, во что играешь?» Леонид интеллектуально продвинуто ответил: «Я тут работаю, у меня распорядок дня». Перечислив распорядок дня, он добавил, что совсем не устает и ему нравится. Мама то ли в шутку, то ли всерьез воскликнула: «Ленечка, так это концлагерь какой-то!» А сын переспросил: «А что такое концлагерь?» С мамой был длительный и серьезный разговор, в ходе которого я старалась объяснить, что распорядок дня является коррекционным методическим компонентом, что ребенок способен тонко почувствовать названную аналогию и засомневаться в необходимости распорядка, что сами по себе ее слова нарушают как эмоциональное равновесие мальчика, так и мое собственное и могут понизить эффективность работы. Это всего лишь было посещение, которых в настоящий момент по программе «Санаторий «LIBERTY» только 2 за месяц. А если представить, что ребенок постоянно будет находиться «под мнением» папы или мамы, под их чутким руководством? Вы скажете, а что здесь плохого? И я вам отвечу: в условиях течения коррекционного процесса, где каждое слово порой играет особенную роль, неспециалисту делать нечего. Главная задача родителей, чей ребенок проходит лечение – не навредить ему. Преодолевая трудности критической оценки, родитель может овладеть необходимыми знаниями о заикании и его лечении, но только тогда, когда и он сам постоянно, с утра до ночи, находится в лечебном процессе. Но возможно ли всегда обеспечивать полный контроль над происходящим?

Основным принципом концепции является временное проживание заикающегося (лечащегося) в семье, где все ее члены обладают специальными знаниями и совместно с ребенком трудятся над исцелением его речи. На некоторое время та микросоциальная среда, в которой выросло заикание, со всеми присущими ей поведенческими, психологическими и социальными особенностями и проблемами замещается на такую же семейную среду, но научно организованную, специально подготовленную, вынужденно свободную от проблем и объединенную с ребенком одной задачей - выздоровлением.

Родная семья, где воспитывается и живет малыш, является опорой стереотипа заикания или, если хотите, его составной частью. Освобождаясь от дефекта, ребенок не может находиться в той же системе координат, где «расположено» заикание, ему необходимо перейти в другую координатную плоскость. Вы можете спросить: «Но ведь это не навсегда, затем он снова будет возвращен в старую среду, которая и наградит старыми привычками?» Отвечаю. Концепция исправления заикания в коррекционной семье разработана нами совместно с методом «Лечебной фонетической ритмизированной реконструкции речи», при возвращении ребенка в семью устойчивое патологическое состояние уже будет разрушено, а родителям останется только выполнять примитивные рекомендации. Новая среда нужна исключительно в период формирования навыка реконструированной речи. В настоящий момент длительность лечения составляет 28 дней, эта продолжительность подобрана опытным путем с учетом постоянного совершенствования метода ЛФРРР.

Проживание лечащегося в нашей семье позволяет осуществлять за ним и его речью постоянный контроль фактически круглосуточно. Таким образом, мы перманентно анализируем автоматизацию полученных логопсихотерапевтических навыков в различных бытовых ситуациях, вовремя принимая решение о том или ином изменении коррекционной программы. Находясь вне дома, в специально созданной для эмоционального раскрепощения среде, дети не сразу, а постепенно начинают раскрывать потаенные уголки своей натуры. В этих тайнах иногда скрываются сложные психологические узлы, с которыми содружественно существует заикание. Как травмирующие зерна они пробиваются через асфальт коррекционного процесса, и поэтому их своевременное и точное выявление играет ответственно особую роль в лечении заикания.

Из заметок. «Сережа Ш. 7-ми лет всегда поражал нас развитым интеллектом, взрослым анализом событий и столь же взрослыми чувствами. Однако ребенок дома закатывал бурные, сопровождаемые очень сильным заиканием истерики для того, чтобы отец купил новую игрушку, выбирая при этом обычно позднее время – около 23-х часов. Папа не выдерживал, отправлялся в круглосуточный супермаркет на другом конце города и возвращался после 3-х ночи. После отъезда отца истерика немедленно прекращалась, мальчик засыпал, успокоенный, в маминой постели, а привезенная отцом игрушка утром отправлялась на полку. Родители понимали, что это странное поведение, но не могли отказать ребенку, т.к. думали, что навредят его здоровью и ухудшат состояние речи. Мальчик пользовался истериками примерно один раз в 9 дней. В последний день лечения, получив великолепный результат (полную нормализацию речи), Сергей, гуляя с нашим сыном (тогда ему было 9 лет), нечаянно проговорился о том, что у него к маме особенные чувства, и с мамой он хочет «спать по-взрослому». Психологическая картина в последний момент дополнилась чуть ли не главным фактором – выраженным Эдиповым комплексом. Мы не спали всю ночь, обдумывая вероятные пути устранения проблемы; в характерном стереотипе поведения ребенка заикание было мощным дополнительным оружием давления на взрослых, вероятно, более мощным, чем свободная речь». Разговор с матерью состоялся в отсутствии отца, нами была объяснена ситуация и вызванные ею опасности для речи. После изложения собственного мнения о решении вопроса мы рекомендовали обратиться к детскому психоневрологу. К нашему удивлению, мать поначалу нам не поверила, но когда Сережа увидел долгожданную маму, он бросился к ней и осыпал комплиментами относительно ее новеньких джинсов, прекрасных туфелек и неотразимой кофточки. Родители мальчика, его дедушка и бабушка прислушались к нашим советам и через три-четыре месяца забыли не только о заикании, но и об истериках.

Из заметок. «Илюше Л. 5,5 лет занятия давались легко, он все схватывал буквально налету. Но иногда казалось, что мальчик умышленно игнорирует наши требования. Через три недели состоялась воспитательная беседа, где я задала вопрос: «Неужели ты хочешь огорчить своих родителей?» А Илья ответил: «Да, я сильно-пресильно хочу огорчить своих родителей!» А дальше - больше: «Я вам по секрету скажу, что своих родителей уже давно не люблю!» Илюша пояснил, что его отец - «тряпка», а мать «ничего не умеет», лечение заикания нужно только им, а ему нравится, когда они пускают слезу, глядя на него. Мальчик рассказал, что сам выбрал себе родителей (родственников) в другом городе, и только они его устраивают». Родители Илюши - очень успешные образованные люди (отец - кандидат медицинских наук, мать - главный специалист крупной фирмы), по нашему совету немедленно предприняли ряд многоплановых и непростых шагов, что спасло тот превосходный результат, которого достиг ребенок у нас.

Из заметок. «У шестнадцатилетнего Романа Б. заикание тяжелой степени выраженности. Случайно, в ходе просмотра кинофильма «Красотка», мы заметили, что подросток в момент сцен с поцелуями закрывает лицо руками, а его тело покрывается мелкой дрожью. Рома объяснил, что его родители чрезвычайно набожные люди, и раньше в таких ситуациях ему глаза закрывала бабушка». Мы попытались организовать педагогический процесс с учетом особенностей подростка, и через некоторое время выяснилось, что сказанное им - только вершина айсберга. Он помнил, как в младшем возрасте (от 3-х и до 10-ти лет) бабушка и мать били его по рукам и телу, если он залезал рукой в штаны или просто клал ее на причинное место. Через некоторое время мальчик не мог справиться с каким-либо ощущением эротического возбуждения и стал предотвращать его появление навязчивым «зашториванием» глаз. Он заметил, что закрывает глаза, даже если находится один. Ситуации в школе, когда ему было необходимо подавить и естественное состояние и неестественное навязчивое, причиняли серьезные физические страдания. Небольшая по объему разъяснительная работа с подростком уже в ходе коррекционного курса быстро принесла исцеляющие плоды.

Эти случаи выявления глубоких психологических проблем у детей, стержневых для преодоления заикания, далеко не единственные. Заикание вообще всегда есть конфликт в душе, между ребенком и взрослыми, между характером и воспитанием, между желаниями и возможностями и т.п., поэтому настолько важно вовремя понять суть этого конфликта и тогда за отдаленный результат коррекции речи можно не беспокоиться. Крайне сомнительно, что ребенок будет откровенен с доктором в белом халате или с каким-либо другим посторонним человеком. Однако диагностический и терапевтический процессы в условиях коррекционной семьи возникают совершенно естественным путем, для этого членам коррекционной семьи необходимо быть профессионалами и научиться любить «приемного» ребенка. С нашей точки зрения, высокую эффективность лечения заикания можно достичь только в специально подготовленной, психологически ориентированной на ребенка коррекционной семье. Поэтому свою работу по программе «Санаторий «LIBERTY» мы считаем концептуальной.

Сейчас в коррекционной семье действуют три программы "Санаторий LIBERTY", "Мать и дитя" и "Заикание плюс".

. 

Стадии психосексуального развития

Гаврилюк Елена Специалист по Перинатальной психологии Современным родителям не приходится объяснять, какое огромное влияние они оказывают на развитие малыша. Поэтому они все чаще стремятся взглянуть на мир глазами собственного чада. А как иначе понять кроху, помочь ему вырасти здоровой, полноценной личностью и просто хорошим человеком? Зная механизмы развития психики, сделать это, безусловно, легче. У всех детей постепенно развиваются индивидуальные способы восприятия и понимания сексуальности, а также личные предпочтения, связанные с сексуальной ориентацией и поведением, Этот комплексный процесс именуется  Психосексуальным развитием и протекает при, взаимодействии биологических   факторов и проживания, обучения  в определённой социальной среде. Существует несколько теорий психосексуального развития, одна из основных психодинамическая теория, которая рассматривает,  прежде всего динамику психической деятельности. Согласно психодинамической теории, младенцы от рождения обладают потенциалом сексуальной энергии. В начале эта энергия совершенно монолитна, и может быть направлена куда угодно. Основоположник данной теории Зигмунд Фрейд выдвинул концепцию либидо, сексуального влечения, которое, по его убеждению, являлась основной частью человеческой психики. Он утверждал, что младенцы «полиморфно перверсивны» что значит не относят себя к какому-то определенному полу. Постепенно либидо локализуется в разнообразных эрогенных зонах тела и в конечном счёте в области половых органов. Фрейд полагал, что, наряду с психологическими аспектами сексуальности, существует сексуальная физиология, включающая в себя соматическую реакцию и поведение.  Также Фрейд предложил свою оригинальную теорию развития психики ребенка, которая, несмотря на свой почтенный возраст, и сегодня не потеряла актуальности, а потому заслуживает внимания со стороны родителей. С точки зрения классического психоанализа, в основе развития психики лежит сексуальность. Прежде чем стать взрослой, зрелой сексуальностью в том понимании, к которому мы привыкли, она проходит несколько стадий догенитального развития. Это означает, что в разные отрезки времени центром психосексуального переживания ребенка являются не гениталии, как у взрослых, а другие объекты. Фрейд выделял следующие стадии психосексуального развития: оральная стадия - от рождения до полутора лет; анальная стадия - от полутора до трех лет; фаллическая стадия - с трех до 6-7 лет; латентная стадия - с 6 до 12-13 лет; генитальная стадия - с начала пубертатного периода примерно до 18 лет. Каждая стадия отвечает за формирование определенных черт личности человека. Как именно они проявят себя в будущем, напрямую зависит благополучного или неблагополучного течения той или иной стадии развития. Успех прохождения каждого этапа в свою очередь связан с поведением родителей по отношению к ребенку. Если в определенный период развития наблюдаются какие-либо отклонения и проблемы, может произойти "застревание", иначе говоря - фиксация. Фиксация на той или иной стадии развития приводит к тому, что взрослый человек сохраняет бессознательную память о конкретной психической травме или целиком о периоде. В минуты тревоги и слабости он как бы возвращается в тот период детства, когда имел место травматический опыт. В соответствии с этим, фиксация на каждой из перечисленных стадий развития будет иметь свои проявления во взрослой жизни. А детские травмы - это чаще всего неразрешенные конфликты между родителями и ребенком. Предлагаю детально разобрать каждую стадию, и рассмотреть варианты возможных, «застреваний» на каждой из стадий. Оральная стадия развития Названа, так потому, что главным органом чувств малыша в этот период является рот. Именно с помощью рта он не только питается, но и познает окружающий мир, испытывает массу приятных ощущений. Это начальный этап развития сексуальности. Малыш еще не способен отделить себя от мамы. Симбиотическая связь, которая существовала на протяжении всей беременности, продолжается и теперь. Малыш воспринимает себя и маму как единое целое, а материнскую грудь - как продолжение себя самого. В этот период ребенок находится в состоянии  аутоэротизма, когда сексуальная энергия направлена на самого себя. Материнская грудь приносит младенцу не только наслаждение и удовольствие, но и чувство безопасности, уверенности и защищенности. То, что младенец получает при грудном вскармливании удовольствие , сходное с эротическим у взрослого человека, доказывается уже тем, что у младенцев мужского пола может наблюдаться эрекция во время вскармливания. На оральной фазе все потребности младенца удовлетворяются матерью. В грудном возрасте дети, исследуя собственное тело, часто играют со своими гениталиями. Как показала Анна Фрейд, определённое количество аутоэротической стимуляции совершенно необходимо ребёнку для его нормального развития, и не должно пугать родителей, и тем более не должно запрещаться, и не допускается наказание, за попытки малыша изучать своё тело. Как уже говорилось выше, на этой стадии ребёнок ещё не отделяет себя психологически от матери, а своё тело- от её тела. Дефицит тактильного контакта с матерью на этой стадии приводит к серьёзным нарушениям сексуального поведения. Вот почему так важно на протяжении всего этого периода сохранять грудное вскармливание. Ведь для крохи просто не существует в мире ничего более важного, чем материнская грудь. Итак, основным результатом оральной стадии псхосексуального развития является открытие ребёнком, способности получать удовлетворение от эмоционального контакта с матерью и готовность испытывать радость от  телесного контакта. Чувство базисного доверия ( или недоверия) к другому человеку, означающего для ребёнка на данной стадии весь мир в целом, определит на долгие годы как будут складываться его эмоциональные контакты с другими людьми. Если же ситуация сложилась иначе, и малыш вынужден питаться искусственными молочными смесями, обязательно нужно брать его во время кормления на ручки, так, чтобы хотя бы частично воспроизвести ситуацию естественного вскармливания. Очень важен телесный контакт, кроха должен всем своим маленьким тельцем ощущать тепло мамы. В этом возрасте карапузы часто беспокойны, когда мамы нет рядом. Они отказываются спать одни в кроватке, начинают кричать, даже если мама отлучается совсем ненадолго, постоянно просятся на ручки. Не отказывайте малышу. Приходя на его зов, выполняя его просьбы, вы не потакаете капризам, а подтверждаете его уверенность в себе и в окружающем мире. Строгость воспитания сейчас сыграет с вами и с ребенком злую шутку. Фрейд выделил два крайних типа материнского поведения: излишняя строгость матери, игнорирование потребностей ребенка; чрезмерная гиперопека со стороны матери, когда она готова предугадать любое желание ребенка и удовлетворить его раньше, чем он сам его осознает. Обе эти модели поведения ведут к формированию у ребенка орально-пассивного типа личности. В результате появляется чувство зависимости, неуверенности в себе. В будущем такой человек постоянно будет ожидать от окружающих "материнского" отношения, испытывать потребность в одобрении, поддержке. Человек орально-пассивного типа часто очень доверчив, зависим. Готовность откликнуться на плач младенца, продолжительное грудное вскармливание, тактильный контакт, совместный сон, напротив, способствуют формированию таких качеств, как уверенность в себе, решительность. Во втором полугодии первого года жизни наступает орально-садистическая стадия развития. Она связана с появлением у ребенка зубов. Теперь к сосанию добавляется укус, появляется агрессивный характер действия, которым ребенок может реагировать на долгое отсутствие матери или отсрочку удовлетворения его желаний. Вследствие укуса стремление ребенка к наслаждению вступает в конфликт с реальностью. Людям с фиксацией на этой стадии присущи такие черты, как цинизм, сарказм, склонность к спорам, стремление доминировать над людьми с целью достижения собственных целей. Слишком раннее, внезапное, грубое отлучение от груди, пустышки, бутылочки вызывают фиксацию на оральной стадии развития, которая впоследствии проявит себя в привычке грызть ногти, обкусывать губы, мусолить во рту кончик ручки, постоянно жевать жвачку. Пристрастие к курению, чрезмерная болтливость, патологическая боязнь остаться голодным, желание плотно поесть или выпить в минуты особой тревоги и беспокойства тоже являются проявлениями фиксации на оральной стадии. Такие люди часто обладают депрессивным характером, для них характерно чувство нехватки, потери чего-то самого главного. Анальная стадия развития Анальная стадия развития наступает примерно в полтора года и продолжается до трех лет. Эта стадия названа анальной потому, что на ней внимание ребёнка смещается с зоны рта на область сфинктеров, которыми в это время ребёнка обучают управлять в ходе обучения навыкам опрятности. В этот период и малыш, и его родители сосредоточивают свое внимание на... детской попке. Именно от эффективности овладения этими навыками на этой стадии зависит эмоциональное  благополучие ребёнка. .           Большинство родителей именно в промежутке от 1,5 до 3 лет начинают активно приучать кроху к горшку. Фрейд считал, что малыш получает огромное удовольствие от акта дефекации и, в частности, от того, что может самостоятельно контролировать столь ответственный процесс! В этот период ребенок учится осознавать собственные действия, и приучение к горшку - это своего рода экспериментальное поле, где ребенок может проверить свои способности и вдоволь насладиться новым умением. В этот момент он сталкивается с первой в своей жизни социальной нормой и от того, насколько успешным для него окажется данный период , во многом будет определяться его отношение к социальным нормам вообще. Необходимо понимать, что интерес ребенка к собственным испражнениям на этой стадии развития вполне естественен. Малышу еще незнакомо чувство брезгливости, зато вполне понятно, что фекалии - это первая вещь, которой ребенок может распорядиться по своему усмотрению - отдать или, напротив, оставить в себе. Если мама и папа хвалят малыша за то, что он сходил на горшок, ребенок воспринимает продукты своей жизнедеятельности как подарок родителям, и последующим своим поведением стремится получить их одобрение. В свете этого попытки карапуза измазаться какашками или испачкать ими что-нибудь приобретают позитивный оттенок. Эмоциональное отношение к матери на этой стадии характеризуется амбивалентностью: одновременным сосуществованием любви и ненависти, агрессивности и потребностей в близости.       Если мы будем постоянно помнить, что именно потребность сохранить любовь матери является стимулом к обучению новому навыку, то станет очевидным, что ребёнку важно быть постоянно убеждённым в наличии этой любви. Фрейд обращает особое внимание на то, как именно родители приучают ребенка к горшку. Если они чересчур строго и настойчиво следят за соблюдением новых правил, или начали сажать кроху на горшок слишком рано (способность полностью контролировать анальные мышцы формируется только к 2,5 -3 годам).  К тому же ругают и наказывают ребенка, когда тот отказывается сходить в туалет, стыдят малыша за промахи.  Чрезмерный страх ребенка на этой стадии «быть грязным», что-нибудь  «испачкать», может выступить бессознательным барьером впоследствии – при обучении письму, например. Родители , сами испытавшие травмирующий опыт на анальной стадии, прививают ребёнку чрезмерное чувство беспокойства по поводу навыков опрятности воспитывают его в обстановки излишнего педантизма. Таким детям в будущем угрожает опасность невроза навязчивых состояний. В таких условиях  у малыша формируется один их двух типов характера: анально-выталкивающий. У ребенка может возникнуть ощущение, что только сходив на горшок, можно получить любовь и одобрение родителей; анально-удерживающий. Действия родителей могут вызвать протест со стороны ребенка, отсюда проблема запоров. Людям первого типа свойственны такие черты, как склонность к разрушению, беспокойство, импульсивность. Они считают трату денег обязательным условием проявления любви. Для представителей анально-удерживающего типа характерны скупость, жадность, бережливость, усидчивость, пунктуальность, упрямство. Они не выносят беспорядка и неопределенности. Часто склонны к мезофобии (боязни загрязнения) и патологическому стремлению к чистоте. В ситуации, когда родители ведут себя более корректно и хвалят малыша за успехи, а к неудачам относятся снисходительно, результат будет иным. Ребенок, чувствуя поддержку со стороны семьи, приучается к самоконтролю, формирует позитивную самооценку. В будущем такого человека отличает щедрость, великодушие, желание делать подарки близким. Существует мнение, что правильный тип поведения родителей способствует развитию у ребенка творческих способностей. Адекватными играми на этой стадии являются игры с водой, песком, наливанием и выливанием, а также рисованием. Но даже при положительном течении этапа приучения к горшку остается элемент конфликта этой стадии, поскольку с одной стороны фекалии воспринимаются родителями как подарок, а с другой - к ним не разрешается притрагиваться, от них стремятся как можно быстрее избавиться. Это противоречие придает анальной стадии развития драматичный, амбивалентный характер. Фаллическая стадия Начинается примерно с трех лет. Для ребёнка начало данной стадии психосексуального  развития характеризуется тем, что если раньше основные драматические коллизии его жизни разыгрывались в его диадических взаимоотношениях с матерью, то теперь он внезапно обнаруживает себя в «треугольнике», включающем отца. При этом ребёнок начинает осознавать специфическое отличие роли отца от роли матери в его жизни. Природа этого отличия, изначальна, не ясна для ребёнка.  У детей, находящихся на этой стадии, возникает интерес, к различием полов, к самому происхождению сексуальных отношений родителей, других взрослых. Ребенок активно интересуется собственными половыми органами. Он узнает, что мальчики и девочки непохожи друг на друга. Кроху занимают вопросы отношений между полами. Именно в этот период дети задают сакраментальный вопрос: "Откуда берутся дети?" С этим связаны и попытки подглядывания за обнаженными взрослыми . Одновременно обостряется интерес к атрибутике своего пола. Не нужно воспринимать повышенный интерес ребенка к "запретной" теме, многочисленные "неприличные" вопросы и желание лишний раз потрогать собственные гениталии как ужасающее подтверждение того, что в семье растет маленький извращенец. Это нормальная ситуация развития, и лучше всего отнестись к ней с пониманием. Строгие запреты, ругань и запугивания лишь нанесут малышу вред. Ребенок все равно не перестанет интересоваться темой полов, а страх быть наказанным может превратить его в невротика и в будущем сказаться на интимной жизни. Ребёнок начинает осознавать, что люди разного пола выполняют различные функции в семье и за ее пределами. В освоении собственной психосексуальной роли ребёнку помогает ролевая игра (в «войну», «дочки- матери» и др.). На этой стадии чувства к родителям обоев пола носят амбивалентный характер: родитель своего пола воспринимается и как пример для подражания и как конкурент в борьбе за внимание родителя противоположного пола. Столь же противоречивые чувства направлены и на родителя противоположного пола. Самые разные школы психологии, говоря о развитии психики ребенка, называют 3-летний возраст критическим. Психосексуальная теория Фрейда не исключение. По его мнению, в этот период ребенок переживает так называемый Эдипов комплекс - для мальчиков; или комплекс Электры - для девочек. Эдипов комплекс - это бессознательное эротическое влечение ребенка к родителю противоположного пола. Для мальчика это желание занять место отца рядом с матерью, стремление ею обладать. В этот период мальчик воспринимает мать как идеал женщины, положение отца в семье вызывает у ребенка зависть и желание соперничать. "Мама, я хочу на тебе жениться!" - вот фраза, говорящая сама за себя. Ощущение превосходства отца и страх быть наказанным рождают у мальчика так называемый страх кастрации, который заставляет его отказаться от матери. В возрасте 6-7 лет мальчик начинает идентифицировать себя с отцом, а зависть и желание соперничества сменяется стремлением походить на отца, стать таким же, как он. "Мама любит папу, значит, я должен стать таким же смелым, сильным, как он". Сын перенимает у отца систему моральных норм, что в свою очередь создает предпосылки для развития супер-эго ребенка. Этот момент является заключительным этапом прохождения Эдипова комплекса. Комплекс Электры - вариант Эдипова комплекса для девочек - протекает несколько иначе. Первым объектом любви для дочери, так же, как и для сына, является мать. Фрейд считал, что женщины уже в детстве испытывают зависть по отношению к мужчинам оттого, что последние обладают пенисом - олицетворяющим силу, власть, превосходство. Девочка обвиняет мать в собственной ущербности и бессознательно стремится обладать отцом, завидуя тому, что у него есть пенис и что он имеет любовь матери. Разрешение комплекса Электры происходит аналогично разрешению Эдипова комплекса. Девочка подавляет влечение к отцу и начинает идентифицировать себя с матерью. Становясь похожей на собственную мать, она тем самым увеличивает вероятность в будущем найти мужчину, похожего на отца. Фрейд считал, что травмы в период Эдипова комплекса могут стать источником неврозов, импотенции и фригидности в будущем. Люди с фиксациями на фаллической стадии развития уделяют огромное внимание собственному телу, не упускают случая выставить его на показ, любят красиво и вызывающе одеваться. Мужчины ведут себя самоуверенно, иногда нагло. Любовные победы они ассоциируют с жизненным успехом. Постоянно стремятся доказать себе и окружающим свою мужскую состоятельность. При этом в глубине души они далеко не так уверены, как стараются казаться, ведь их все еще преследует страх кастрации. Женщинам с фиксацией на этой стадии свойственна склонность к беспорядочным половым связям, постоянное желание флиртовать и обольщать. Латентная стадия С 6 до 12 лет сексуальные бури на время затихают, и энергия либидо направляется в более мирное русло. В этот период основное внимание ребенок уделяет социальной активности. Он учится устанавливать дружеские отношения со сверстниками, много времени посвящает освоению школьной программы, активно интересуется спортом, различными видами творчества. Формируются новые элементы структуры личности ребенка - эго и супер-эго. ОБ этом поподробней: Когда малыш появляется на свет, все его существование подчинено единственному компоненту личности, которое Фрейд назвал "Оно" (Id). Оно - это наши неосознаваемые желания и инстинкты, которые подчиняются принципу удовольствия. Когда стремление к наслаждению вступает в конфликт с реальностью, из Оно постепенно начинает появляться следующий элемент личности "Я" (Ego). Я - это наши представления о себе, осознаваемая часть личность, которая подчиняется принципу реальности. Как только социальное окружение начинает требовать от ребенка соблюдения определенных правил и норм поведения, это приводит к возникновению последнего, третьего элемента личности - "Сверх-Я" (Super-ego). Сверх-Я - это наш внутренний цензор, строгий судья нашего поведения, наша совесть. На латентной стадии развития все три компонента личности сформированы. Таким образом, на протяжении всего этого периода идет активная подготовка к завершающему этапу психосексуального развития - генитальной стадии. Генитальная стадия Начинается с момента полового созревания, когда происходят соответствующие гормональные и физиологические изменения в организме подростка, и развивается примерно до 18 лет. Символизирует становление зрелой, взрослой сексуальности, которая остается с человеком до конца жизни. В этот момент происходит объединение сразу всех предыдущих сексуальных стремлений и эрогенных зон. Теперь целью подростка является нормальное сексуальное общение, достижение которого, как правило, сопряжено с рядом трудностей. По этой причине на протяжении всего прохождения генитальной стадии развития могут появляться фиксации на различных предыдущих стадиях. Подросток как бы регрессирует к более раннему детству. Фрейд считал, что все подростки в начале генитального развития проходят гомосексуальный этап, который, однако, не обязательно носит ярко выраженный характер, а может проявляться в простом стремлении общаться с представителями своего пола. Для успешного прохождения генитальной стадии необходимо занимать активную позицию в решении собственных проблем, проявлять инициативу и решительность, отказаться от состояния детской инфантильности и пассивности. В этом случае у человека формируется генитальный тип личности, который в психоанализе считается идеальным. В заключение необходимо добавить, что психоаналитическое учение практически исключает благополучное прохождение всех стадий психосексуального развития. Каждый из рассмотренных этапов наполнен противоречиями и страхами, а значит, при всем нашем желании оградить ребенка от травм детства на практике это не представляется возможным. Потому правильнее было бы сказать, что у любого человека существуют фиксации на каждой из перечисленных стадий развития, однако у одного в большей степени преобладает и читается оральный тип личности, у другого - анальный, у третьего - фаллический. При этом одно не подлежит сомнению: имея представление об особенностях протекания психосексуального развития, мы можем значительно снизить риск получения серьезных травм на той или иной стадии развития, способствовать формированию личности малыша с минимальным для него ущербом, а значит, сделать его немножко счастливее. http://www.b17.ru/article/427/#end

Памятка родителям или краткий курс спасения.

Из книги "Заикание лицом к лицу"  сайт  www.skoblikova.ru
   

В 2004 году в самой первой редакции сайта www.myliberty.narod.ru мы впервые опубликовали памятку родителям заикающихся детей. С того времени менялись редакции ресурса, но такой раздел существовал и существует. Самое большое количество благодарностей от пользователей Интернет получено нами именно за памятку родителям. Памятка, находясь в зависимости от изменений социальной среды и накопленного научного опыта, постоянно редактируется. В этой книге мы приводим наиболее полный вариант.

Если у ребенка появилось заикание, то соблюдение нижеизложенных правил поможет вам самостоятельно приостановить прогрессирование болезни.

1. Помните о том, что заикание - тяжелый психо-речевой недуг, и в большинстве случаев оно прогрессирует из-за неправильного поведения родителей.

2. Нельзя концентрировать свое внимание, внимание ребенка и окружающих на дефекте. Консультируйтесь с доктором после обследования, обязательно выставив малыша за дверь. Избегайте людей, которые любят поговорить с ребенком о заикании.

3. Никогда не ведите семейные разговоры на тему заикания и любых других болезней, которые может слышать ребенок. Уберите из собственного лексикона сам термин «заикание».

4. Полностью исключите попытки помочь ребенку словами «понятно», «помедленнее», восклицаниями «угу» и др. в невротических паузах его речи. Немедленно прекратите и помощь в виде сопряженного артикулирования (вытягивание губ и т.п.).

5. Научитесь слушать ребенка. Избегайте создания видимости того, что слушаете, когда он пытается что-то сказать. В разговоре необходимо прямо и доброжелательно смотреть ребенку в глаза, одобряя или порицая его (его, а не речь!) только после всего сказанного.

6. Общаясь с ребенком, совершенно уничтожьте переспрос (как следствие вашего собственного невнимания) - внезапные восклицания «как?», «ась?», «что?» и т.п. в середине смысловых фраз заикающегося. Если тип речи с переспросом свойственен вам, для начала справьтесь с этим сами. В противном случае вы будете портить психику даже здоровому ребенку!

7. Не делайте заикающемуся поведенческих послабок, чтобы ребенок не стал чувствовать, что он «не как все».

8. Если речь ребенка страдает нарушением звукопроизношения и (или) общим недоразвитием, немедленно обратитесь к логопеду для ее исправления. Сложившаяся практика «исправлять звуки» после 5-ти лет абсолютно неправильна - опытный логопед обнаружит развивающийся дефект в возрасте от 2-х лет, и чем раньше наладится звукопроизношение, тем менее выраженным будет заикание у ребенка. Помните - заикание провоцируется дефектным звукопроизношением, поэтому в первую очередь исправляется звукопроизношение! Речь в семье должна быть четкой, повествовательной и, по возможности, негромкой. Ваши слова-паразиты также неблагоприятно влияют на речь ребенка.

9. Здоровая атмосфера в семье - залог успешного преодоления болезни. Но даже если заикание сохраняется, ребенок, став взрослым, будет чувствовать себя полноценным человеком.

10. Если ваш ребенок ходит в неспециализированный детский сад или школу, где общается с другими детьми, знайте - эта болезнь передается и «прививается» по подражанию. Причем «перенятое» заикание обычно сильнее «образцового» по выраженности и тяжелее лечится. Думайте не только о своем ребенке, но и о других детях.

11. Резко ограничьте ребенка в играх на компьютерных игровых приставках. Особенно опасны для заикающегося портативные компьютерные игрушки и навороченные играми мобильники, требующие быстрого управления пальцами рук.

12. Уберите телевизор из кухни, не допускайте еды с участием телевизора и дискуссий во время еды.

13. Переборите свое благосостояние – владейте только одним телевизором. Этот прибор обязательно снабдите родительским контролем. Заикающийся не должен включать его самостоятельно, когда захочет. Время просмотра телепередач подбирается индивидуально для каждого ребенка-невротика в зависимости от его возраста и состояния здоровья. Программы и фильмы с демонстрацией заикания, множественной моментальной сменой сюжетных сцен, «страшилки» и «ужастики» - запрещены!

14. Организуйте и строго соблюдайте в семье режим дня и питания. Заикающемуся ребенку нежелательно «доедать» в промежутках между приемами пищи.

15. Откажитесь от практики разбивать за ребенка яйца, открывать баночки с йогуртом, разрывать пакеты с чипсами, шоколадками и т.п. – ему надо уметь все это делать самому.

16. Ваш ребенок не может спать на двухъярусной кровати. Ему противопоказан сон с родителями и сон с включенным светом. Ложиться спать допускается не позднее 22.00.

17. Вовлеките ребенка в любой вид деятельности (музыка, спорт и т.п.). Игра на духовом инструменте (особенно на саксофоне) сильно развивает дыхание, воспользуйтесь такой возможностью, если выбираете музыкальный профиль. Также дыхание нормализует бассейн, кроме того, вода на невротиков действует расслабляюще.

18. В обязательном порядке наделите ребенка индивидуальными домашними обязанностями и строго спрашивайте качество труда. Причем объем домашних обязанностей, в зависимости от возраста, должен увеличиваться. Уделяйте особенное внимание развитию любых бытовых навыков заикающегося.

19. Не выражайте свою любовь многочисленными игрушками, покупаемыми без повода. Игрушка имеет ценность для ребенка, когда она долгожданна и заслужена. Одновременно в детской комнате должно быть не более 15 игрушек.

20. Обуздайте собственное тщеславие – не устраивайте ребенка в школу для гениев и особо одаренных детей. Зачастую обучение в таких школах сопряжено с повышенными нагрузками, а заикающийся ребенок – ослабленный. Помните: в начальной школе для неослабленных детей максимальная учебная нагрузка – 20 часов в неделю, превышение этого норматива может причинить существенный вред здоровью ослабленного ребенка.

21. С самого младшего возраста всячески развивайте коммуникацию ребенка со своими сверстниками; избегайте изоляционизма, практикуемого некоторыми специалистами.

22. Одежда заикающегося не должна ему мешать, содержать элементы, заставляющие их поправлять, оттягивать и дергать. Не должна мешать заикающемуся и его прическа.

23. Воздержитесь от посещений с ребенком больших магазинов, шумных развлекательных центров, салютов и страшных аттракционов. Не запускайте новогодние петарды, не покупайте игрушки, издающие оглушительные или неприятные звуки.

24. Если вы считаете невозможным соблюдение указанных несложных правил, то остается лишь напомнить, что здоровье ребенка находится в ваших собственных руках!

И все же самое главное, что необходимо сделать родителям заикающегося, это обратиться за квалифицированной помощью. В настоящее время, судя по материалам средств массовой информации, появилось много «контор», «частников» и «бабушек», берущихся лечить заикание. Нам не раз приходилось наблюдать родителей, истративших кучу денег на этих доброхотов и полностью измучивших ребенка. При этом родители утверждали, что никакого результата нет. Но вот в этом они сильно заблуждались - результат есть! Многочисленные лекари убили в ребенке веру в саму возможность лечения!

Чтобы этого не случилось, надо понять, что такое заикание, и уяснить взаимосвязь возможного и невозможного. Естественно, все возможно в мире под луной, но не всегда. Поэтому для того, чтобы правильно подходить к выбору специалиста, надо запомнить следующее.

1. Не существует и не может существовать «пилюли от заикания». Природа этой болезни непонятна, и в любом случае лечение является симптоматическим. Если специалист утверждает, что лечит причину заикания, он лжет. Заикание невозможно вылечить БАДами и другими подобными препаратами.

2. Невероятно лечение заикания «за один день» и даже за неделю. Дефект, долго укоренявшийся в человеке (даже в ребенке), никак мгновенно не преодолеть. «Быстрое лечение» обычно стоит недорого и при отрицательном результате рассчитано на формулу: «Да, не помогло, но давайте попробуем еще один раз бесплатно». Помните: минимальная продолжительность коррекционного процесса с ребенком по любой методике не может быть менее 80 часов.

3. Стоит с особой осторожностью относиться к гипнозу, который, в свою очередь, действует далеко не на всех и далеко не навсегда. Родители детей и подростков должны знать - применение гипноза в детском возрасте может иметь непредсказуемые последствия для психики и эмоционально-волевой сферы.

4. Не следует доверять тем специалистам, которые ничему не учат детей, а делают некие «пассы». Не применяйте тяжелое медикаментозное лечение, например, транквилизаторы - это может повлечь наряду с другими побочными эффектами лекарственную зависимость. Лекарство Фенибут может ухудшить состояние речи при заикании.

5. Пролечившись, постарайтесь избежать навязчивой зависимости от доктора, предлагающего многочисленные дополнительные платные курсы.

6. Перед тем, как начать лечить ребенка, изучите всю возможную информацию обо всех доступных для вас способах лечения. Не торопитесь и не волнуйтесь. Помните, что заикание - тяжелый дефект, и его должны лечить специалисты именно по заиканию. Если доктор лечит заикание, желудок и вообще все болезни - это наводит дурные мысли.

7. Опасайтесь под видом лечения заикания оказаться вовлеченными в секту, к сожалению, такие случаи встречаются.

8. С тем специалистом, которого вы выбрали для своего ребенка, должен быть оформлен соответствующий договор. Его заключение необходимо, даже если вам предлагается «бесплатное лечение». Это поможет избежать различного рода недоразумений. Изучите текст – предметом контракта может быть только работа по исправлению (коррекции, лечению) заикания, а не консультирование, психологический практикум и т.п. Не доверяйте специалисту, отказавшему в заключении договора на оказание услуг!

9. Специалист, который взялся лечить вашего ребенка – конечно, не Господь Бог, но в ходе лечения он должен не просто устранить заикание на день, а довести новую речь до автоматизма на уровне подсознания. Допустим, логопеды, исправляя звуки, применяют термин «поставить звук» и деньги берут за постановку звука. А как ребенок будет применять его в речи, обычно никого не волнует. Звук должен быть автоматизирован. Новая речь после лечения заикания также автоматизируется и обязательно под контролем специалиста.

10. Наличие патента на изобретение «способа лечения заикания» отнюдь не является доказательством его эффективности и не предопределяет специального образования у автора. Так, в России можно получить патент, допустим, на «Способ устранения заикания при помощи веревки и палки».

11. Если вы хотите испробовать экстрасенса, и вы - современный человек, то необходимо понимать: экстрасенсы действительно существуют, но их единицы на планете Земля. Зато в Москве их более трех тысяч! И, скорее всего, вас «возьмет на семь-восемь» какой-нибудь последователь известного Мольеровского персонажа.

Совет врага - поговорить с ребенком о заикании.

Как-то обнаружил на сайте "Большой медицинской библиотеки" статью про заикание без указания авторства.

http://med-lib.ru/encik/dom_dokt/n09.php

Последняя глава ее была названа "Откажитесь от запретов".

Цитата:

"Ребенок может чувствовать, что его заикание является нежелательной темой для обсуждения, потому что о нем никто не упоминает открыто. Родители должны положить конец этому. Говорите со своим ребенком о его заикании. Выразите ребенку свою эмоциональную поддержку словами: "Тебе было непросто сказать это, не так ли?" Если вы приободрите ребенка разговорами на данную тему, он поймет, что может обсуждать больной для него вопрос столько, сколько ему захочется."

Более вредного совета еще не встречал. Любая фиксация на дефекте может обострить состояние больного до 6 лет, а если заикание только началось - закрепить его. Я не знаю, кто это писал, но это бред!

Беседа о заикании возможна и необходима, только после того, как интеллект ребенка стал развит до уровня достаточного, чтобы рационально оценить собственное состояние. По нашему опыту - это возраст начала школы. То есть уже после того, как речевая функция считается развитой.

Во времена И.В.Сталина сказали бы "идеи, подкинутые врагами". Похоже на то.


Алексей Скобликов


www.skoblikova.ru 

Любовь не лечится ( О Джойс Стеркель - создателе ранчо для детей)

Любовь не лечится

 http://rusrep.ru/article/2011/06/01/love

Авторы: Анна Рудницкая

Почему сироты из России становятся героями плохих новостей из Америки

— Про что будете писать? — интересуется любезный пограничник в нью-йоркском аэропорту, глядя на мою журналистскую визу.

— Про усыновление.

— Это про ту женщину, которая посадила своего приемного сына в самолет и отправила назад в Россию?

— В том числе.

Американский пограничник возвращает мне паспорт и говорит без тени улыбки:

— Ей место в тюрьме.

Если бы этот разговор состоялся на обратном пути, я бы с ним поспорила.

В марте прошлого года 33-летняя американская медсестра Тори-Энн Хансен из штата Теннесси совершила жестокий и отчаянный поступок, посадив своего 8-летнего приемного сына Артема Савельева на самолет и отправив назад в Россию. В карман куртки мальчика она вложила записку, в которой назвала его психопатом, и объяс­нила, что его дальнейшее присутствие в ее доме угрожает безопасности ее семьи и что российские чинов­ники и работники американского агентства по усы­новлению скрыли от нее реальное состояние здоровья Артема.

В Америке ее поступком возмутились не меньше, чем у нас — за исключением тех американцев, чья жизнь тоже превратилась в ад после усыновления сирот из России. Они с облегчением почувствовали, что они не одни. Жестокий и отчаянный поступок Тори-Энн Хансен впервые поставил под сомнение едва ли не главную аксиому усыновления: «Любовь вылечит все».

Джойс

У Джойс Стеркель русские корни: ее дедушка — немец из России — приехал в Америку в начале прошлого века и обосновался в Монтане. Сейчас у нее самой уже несколько внуков, но она по-прежнему живет на семейном ранчо рядом с городком Юрика у самой канадской границы.

Последние несколько лет здесь, среди гор, лесов и озер, живут несколько десятков бывших сирот из России, усыновленных американцами. «Ранчо для детей» —

нечто среднее между трудовой колонией и пионерским лагерем для детей, с которыми их американские родители не смогли справиться. Здесь за детьми круглосуточно присматривает кто-то из взрослых, они учатся, катаются на лошадях, делают работу по дому, выращивают овощи на огороде… Жизнь по расписанию, строгая дисциплина и бескрайние просторы вокруг — вместо стресса и соблазнов больших городов.

Джойс всю жизнь работала акушеркой. В 1990 году она поехала в Россию по одной из первых программ российско-американского сотрудничества — передавать опыт медсестрам в больницах и детдомах Нижнего Новгорода. Она провела там два года, а вернувшись в Америку, бросила работу акушерки и основала агентство, чтобы помогать американцам усыновлять сирот из России. А дальше с Джойс произошло то, что рано или поздно случается практически со всеми, кто берется помогать брошенным детям: имея трех своих детей, она усыновила ребенка.

На фотографии из пермского детдома — одной из сотен, приходивших в ее агентство, — Джойс увидела светловолосую девочку с голубыми глазами и грустной улыбкой. Свои дети уже выросли, места в доме было достаточно. Джойс удочерила 10-летнюю Катю. И вошла во вкус.

Следующим был Майкл, от которого через семь лет после усыновления отказались его приемные американские родители. Они обратились в агентство Джойс с просьбой найти ему новую семью, а до тех пор позволить ему пожить на ранчо. Через полгода Джойс решила не ставить новых экспериментов над мальчиком, которого уже дважды бросили: заседание суда, в очередной раз сделавшее ее мамой, состоялось в его пятнадцатый день рождения.

Третьим был Саша. Про 14-летнего мальчика, которого приговорили к шести годам тюрьмы за попытку отравления приемной матери, Джойс рассказал кто-то из знакомых. Она не поверила, что такое бывает, и поехала к нему в тюрьму. В тюрьме она, по ее словам, увидела страдающего подростка. Сашу с двумя сестрами американцы усыновили, когда ему было семь лет. Первая пара приемных родителей от детей быстро отказалась: те вели себя слишком буйно. Тогда Сашу и сестер разлучили, раздав в разные семьи. Но мальчик, уезжая из России, пообещал своей родной маме, лишенной родительских прав за алкоголизм, что будет заботиться о сестрах. Он хотел видеться с ними, а его новая приемная мама возражала. И однажды он взял какие-то таблетки и подсыпал их ей в салат…

Против идеи забрать Сашу на ранчо возражали родные дети Джойс, у которых уже были свои дети: слишком опасным казалось приглашать в дом подростка,

попавшего в тюрьму за попытку убийства. Но Джойс их уговорила, оформила опеку над Сашей и добилась, чтобы его отпустили из тюрьмы раньше срока. И еще она пообещала ему найти его семью. В 2000 году они поехали в Россию, в Краснодарский край, и нашли в родном селе Саши его мать, братьев и сестер, которые ничего не знали о мальчике почти десять лет. А потом Джойс нашла и сестер Саши, усыновленных другими американцами, и устроила их встречу у себя на ранчо.

Меня Джойс встречает с младенцем на руках.

— Это кто? — спрашиваю я.

— Это… получается, что дочка, — отвечает Джойс и почти идеально выговаривает по слогам: — Ли-леч-ка.

Несколько лет назад подруга Джойс отправила к ней на ранчо свою приемную дочь из России, Аню. Ее удочерили уже подростком, и отношения с приемными родителями у нее не сложились.

— Это же как неудачный брак, — говорит Джойс про усыновление подростков. — Иногда люди просто не нравятся друг другу.

Аня провела на ранчо два года, потом уехала. Жила одна, потом с парнем («каким-то мексиканским гангстером», уточняет Джойс), злоупотребляла наркотиками и алкоголем. Потом забеременела — сделала бы аборт, но не было денег. Американская приемная мама сказала: рожай, я заберу ребенка. Аня отказалась с формулировкой: «Я не хочу иметь с тобой ничего общего». Тогда ей позвонила Джойс и предложила отдать ребенка. Аня думала два месяца. Потом приехала и сказала: «Я не понимаю вашего бога и не понимаю, почему вы делаете то, что делаете, но я хочу, чтобы моя дочь росла у вас».

Джойс была с ней во время родов. Когда акушерка спросила, хочет ли Аня, чтобы ребенка положили ей на живот, Аня отвернулась и сказала: «Заберите ее от меня». Больше она дочку не видела. Лили стала четвертым русским ребенком, усыновленным Джойс Стеркель.

Слова на три буквы

Ранчо Джойс — одна из альтернатив тому, что сделала Тори-Энн Хансен. Этот путь выбрали уже несколько десятков американцев. Большинство из трех десятков детей от 8 до 18 лет, живущих на «Ранчо для детей», — сироты из России.

На вопрос, как они здесь оказались, почти все отве­чают одинаково: «Я плохо себя вел и доставил много неприятностей родителям». У Джойс есть снятое кем-то из родителей видео, на котором видно, как именно может выглядеть плохое поведение: мальчик лет де­сяти швыряет об пол предметы вокруг себя, а потом с криками бьется об пол головой, и длится этот припадок полтора часа. Иногда приемные дети становятся просто физической угрозой родителям, братьям и сестрам.

На ранчо Джойс помимо трудотерапии и жизни по понятным, предсказуемым правилам трудным детям впервые объясняют, что они не плохие, что их поведение, которое приводит в ярость окружающих, — их беда, а не вина

JANIE OSBORNE/THE NEW YORK TIMES/FOTOLINK

Как правило, ранчо — последнее убежище после того, как пройдены десятки врачей и испробованы десятки лекарств и методов терапии дома и в больнице. После того как приемные родители, так мечтавшие о ребенке, потратившие на процедуру усыновления и после­дующее лечение все сбережения, наконец признаются себе и окружающим, что просто не могут с этим справиться.

Почему на ранчо у Джойс больше всего детей из России и почему только они погибали в Америке от рук приемных родителей (четырнадцать раз за всю историю усыновления из России)?

Есть две зловещие аббревиатуры, знакомые каждому, кто имеет дело с проблемами российских сирот в Америке: FAS (fetal alcohol syndrome) и RAD (reactive attachment disorder) — эмбриональный алкогольный синдром, известный в России как «синдром пьяного зачатия», и синдром нарушения привязанности.

Первый — результат воздействия алкоголя на ребенка, находящегося в утробе матери: помимо деформации черт лица и других нарушений развития алкоголь может приводить к органическому поражению мозга. Такие дети не видят связи между причиной и следствием, не способны контролировать эмоции, подвержены вспышкам агрессии. И это не их вина: их мозг просто не в состоянии выполнять операции, доступные другим детям, он похож на швейцарский сыр, в котором проделал дырки алкоголь.

Второй синдром чаще всего возникает из-за того, что ребенок рано, до трех лет, оказывается в детском доме. Младенцу нужен взрослый, который будет о нем заботиться, причем каждый день, который покормит, когда ты голоден, укроет одеялом, когда тебе холодно, и возьмет на ручки, когда ты плачешь. Это формирует базовое чувство безопасности и доверия к миру. Если такого взрослого рядом нет, ребенок доверять не научится. Окружающие будут для него объектом для манипуляций, от которых, немного постаравшись, можно получить желаемое — не более того. И как бы сильно при­емные родители ни любили такого ребенка, он просто не в состоянии ответить им тем же. Это не органическое поражение мозга, как при алкогольном синдроме, но тяжелое психическое расстройство, требующее длительного лечения.

По понятым причинам российские сироты часто страдают от обоих синдромов. Кроме того, дети из России, как правило, гораздо старше своих товарищей из других стран. К примеру, больше 80% детей, усыновляемых из Южной Кореи, — это младенцы до года, в то время как усыновить российского младенца иностранцам почти невозможно. Наше законодательство отдает приоритет отечественным усыновителям, а это значит, что ребенок должен пробыть в базе Министерства образования не меньше шести месяцев, прежде чем информация о нем станет доступна агентствам по усыновлению за рубежом (а несколько лет назад на это требовалось два года).

Теперь представьте себе, что такой ребенок, пробывший несколько лет в российском детдоме, усвоивший детдомовские повадки, склонный к агрессии, насилию и иногда сексуальным извращениям, попадает к приемным родителям, которые мечтают о семейном счастье. Этот ребенок не просто ворует, врет, бьется в припадках, мучает собаку и пытается заняться сексом с сестрой, но еще и совершенно равнодушен или даже агрессивен по отношению к родителям. Попытки приручить его лаской приводят к обратному эффекту: такой ребенок не хочет, чтобы его обнимали, не хочет, чтобы его любили — потому что помнит, что это всегда заканчивается предательством. Комфортно он себя чувствует в окружении врагов, а не в кругу любящей семьи. И своим поведением он провоцирует агрессию окружающих, потому что знает, как жить на войне, но не представляет, как жить в мире.

Пребывание на ранчо стоит четыре ты­сячи долларов в месяц — как в лучших университетах Америки. Какие еще варианты были у Тори-Энн Хансен, которая не справилась со своим 8-летним приемным сыном из России?

— Вариантов не так много, — говорит Джойс. — Можно отказаться от родительских прав через суд, но это занимает много времени. Нужны веские причины — например, подтвержденные случаи насилия по отношению к членам семьи. Кроме того, родители будут обязаны платить алименты до совершеннолетия ребенка, возмещая затраты, которые по­несет государство. Американское общество в целом не очень приспособлено для нужд семей с такими детьми. У нас нулевая терпимость к двум вещам, ко­торые часто демонстрируют дети с алкогольным синдромом: сексуальным извращениям и склонности к насилию. Причем окружающие, включая социальных работников, склонны винить в проблемах скорее родителей, чем ребенка. Наша социальная система умеет помогать трудным детям из неблагополучных семей. Но что, если вы обнаруживаете трудного ребенка в семье университетских выпускников с годовым дохо­дом в 200 тысяч долларов? Никто просто не знает, что с этим делать.

На ранчо помимо трудотерапии и жизни по понятным, предсказуемым правилам трудным детям впервые объясняют, что они не плохие, что их поведение, которое приводит в ярость окружающих, — их беда, а не вина. И что им просто надо научиться с этим жить. В компании таких же детей, где нет «нормальных» и «ненормальных», это сделать проще.

Я провела на ранчо несколько дней, и стоило нам остаться наедине с Джойс, как она начинала повторять мне одни и те же простые истины:

«Нельзя пить во время беременности, даже один бокал на вечеринке. Нельзя оставлять ребенка в больнице или детском доме. Младенцу до трех лет нужен взрослый, который будет о нем заботиться, минимум один взрослый на одного ребенка, а не три нянечки на двадцать детей — природа не зря устроила так, что у людей, в отличие от кошек и собак, чаще всего рождается только один ребенок…»

Джойс повторяет мне все это в двадцатый раз не из-за склероза или одержимости. Она видела слишком много русских сирот, вот и хочет с моей помощью объяснить эти простые правила нашим женщинам.

Лори и Том

В тот же день, когда Тори-Энн Хансен отправила своего сына назад в Россию, 14-летний Дэнис (имя изменено) Ларви из города Данилова под Ярославлем, усыновленный американцами двенадцать лет назад, пришел в школу в городе Хейстингс в Миннесоте с винтовкой и попытался открыть стрельбу по одноклассникам. Никто не погиб только потому, что Дэнис зарядил винтовку не теми патронами.

Его приемные родители Лори и Том Ларви попросили меня изменить имя их сына, чтобы не навредить ему, потому что все еще надеются, что у него есть будущее. Их история — типичный пример того, в какие ловушки попадают американцы, усыновляющие ребенка с проб­лемами вроде тех, что были у Дэниса.

Они поженились, когда обоим было за тридцать, и первое время не могли иметь детей. Однажды оказались на пикнике, который устраивала организация, помогающая усыновлять детей из России, и познакомились с парой, удочерившей двух русских девочек.

— Мы просто влюбились в них, — говорит Лори, — и поняли, что Бог хочет, чтобы мы усыновили ребенка из России. Мы чувствовали, что нам есть что отдать. У нас был большой жизненный опыт и просторный дом, и если где-то есть дети, которым нужны родители, то почему бы нам не пойти навстречу друг другу?

В первый раз все прошло прекрасно. В Ярославле они усыновили трехлетнего мальчика, которого годовалым забрали у матери, потому что она пила. Когда через

несколько месяцев Джеймс — так стали звать мальчика в Америке — полностью освоился в новом доме, Лори и Том решили, что ему нужны брат или сестра. Они снова поехали в Ярославскую область. В Данилове их ждал будущий Дэнис. Ему только исполнилось два года. До этого Лори и Том видели копию его медицинской карты, где информация ограничивалась данными о росте и весе при рождении, и фотографии — на них мальчик выглядел печальным. Лори и Том показали документы священнику и врачу — ни тот ни другой не нашли в увиденном никаких препятствий для усыновления.

В Данилове чету Ларви ждало открытие: на правом боку мальчика они обнаружили след огромного ожога, происхождение которого персонал детдома внятно

объяснить не смог. По одной из версий, его облила кипятком мать, после чего мальчик и оказался в детдоме. Никакой другой информацией о его родителях персонал не располагал.

По действовавшим тогда правилам международного усыновления приемные родители были обязаны сделать все за один визит. Времени на раздумья у Лори и Тома не было: суд был назначен на следующий день. Они решили забрать мальчика.

Проблемы, говорят Том и Лори, начались почти сразу.

— Он был очаровательным, милым ребенком, но в нем всегда была эта другая сторона. Ему нравилось причинять боль людям. Он всегда был в оппозиции, отказывался делать то, что ему говорят. И ему было тяжело принимать любовь. Он не позволял никому находиться рядом с собой, обнимать… Он не умел доверять. Попытки приблизиться к нему приводили к вспышкам ярости, которые длились не час и не два, а полдня. Какое-то время мы думали, что это просто этап в его развитии, и позволяли ему быть таким, какой он есть.

Но когда в четыре года милый мальчуган заявил родителям, что хочет разрезать их на кусочки, принимать его таким, какой есть, стало труднее. От кого-то из знакомых Том услышал про синдром нарушения привязанности. Он нашел в интернете объяснение этого синдрома и не поверил глазам: откуда эти люди знают его приемного сына? Симптомы совпадали полностью.

За следующие несколько лет Лори и Том Ларви про­делали изматывающий и дорогостоящий путь, пытаясь помочь своему приемному сыну. Но в какой-то момент стало ясно, что Дэнис больше не может оставаться дома. Он хотел, чтобы родители принадлежали ему одному, и не раз угрожал убить братьев. Лори и Том

стали искать для него новую приемную семью, в которой не было бы других детей. Дэнис пожил в двух домах, и каждый раз потенциальные усыновители возвращали мальчика назад. Одного из них он попытался отравить.

Сбережения супругов Ларви, из которых работает только Том, специалист по безопасности компьютерных сетей, быстро кончились. В общей сложности на попытки вылечить мальчика они потратили около ста тысяч долларов. У них больше не было денег, чтобы продолжать держать мальчика на ранчо в Монтане или обеспечивать ему круглосуточное психиатрическое наблюдение.

К тому моменту, когда Дэнис пришел в школу с винтовкой, Лори и Том уже отказались от родительских прав. Мальчик находился под опекой государства,

и социальные работники поместили его в патронажную семью с тремя маленькими детьми. Лори и Том писали письма, пытаясь объяснить чиновникам, что для него такая обстановка — слишком сильный стресс, который может спровоцировать вспышку агрессии, но получали ответы, что в плохом поведении мальчика виноваты плохие родители, а не он.

Теперь Дэнис наконец получил то, чего несколько лет добивались для него Лори и Том — лечение, которое оплачивает государство, и окружение, в котором нет других детей, а жизнь подчинена строгому распорядку. Если в ближайшие пять лет он не совершит других преступлений, то выйдет на свободу, в противном случае отправится в обыкновенную тюрьму.

Убойные вопросы

В доме Лори и Тома до сих пор хранятся тетрадки, в которые они выписывали русские слова, готовясь к усыновлению. «Pa-pa», «ma-ma», «yah-bli-ko»… Целая полка занята книжками по психологии и особенностям воспитания усыновленных детей. Самой зачитанной выглядит одна — «Неосвещенная дорога» с подзаголовком «Что бывает, когда любви недостаточно». Ее написала женщина, усыновившая ребенка с алкогольным синдромом. Желтым маркером кто-то подчеркнул строчки: «У нас больше не было ни малейшего подобия семейной жизни. Наш ребенок был болен, и эта болезнь проникла в каждого из нас».

В доме Лори и Тома Ларви до сих пор хранятся тетрадки, в которые они выписывали русские слова, готовясь к усыновлению. «Pa-pa», «ma-ma», «yah-bli-ko»... Целая полка занята книжками по психологии и особенностям воспитания усыновленных детеи

ИЗ АРХИВА СЕМЬИ ЛАРВИ

Помимо прочего в этой книжке есть минимум одно объяснение того, почему четырнадцать детей из России погибли в Америке от рук своих приемных родителей. «Дети с алкогольным синдромом, — пишет автор, Дебора Хана, — больше других подвержены риску физического насилия со стороны окружающих, включая родственников. Часто у них бывает повышенный болевой порог, и они не реагируют на шлепки и другие подобные вещи, как другие дети. Кроме того, их повторяющиеся вспышки агрессии способны вывести из себя любого взрослого. Даже любящих родителей».

Я была первым журналистом, которому Лори и Том Ларви решили рассказать свою историю — через пол­года после школьного кошмара.

— Нам все еще очень больно говорить об этом, — объясняет Лори, — но еще больнее думать, что все наши мучения были напрасны. Эта мысль разбивает мое сердце. Я решила открыться, чтобы другие родители, которых мучают такие же проблемы, поняли, что они не оди­ноки. И что они не виноваты. Я знаю, что многие страдают в одиночку, не решаясь даже обратиться к врачу, потому что считают, что любовь должна вылечить все, а если этого не происходит, то они плохие родители. Это не так.

— Запомните, — говорит Джойс Стеркель, — дети, попадающие из детдома в семью, действительно быстро нагоняют сверстников. Они могут быть счастливы и успешны. Но! Любовь не лечит алкогольный синдром. Любовь не лечит органические поражения мозга. Любовь не лечит травму, которую получает ребенок, если в первые годы жизни он подвергался насилию или просто был заброшен. Нужны как минимум специальные усилия. Плохой ребенок у хороших родителей — такое случается. Родители не виноваты. Им просто нужна помощь.

И еще информация о том, с чем они могут столкнуться. По американским законам все, кто хочет усыновить ребенка, обязаны пройти подготовительные курсы. Но никто из родителей, отправивших своего приемного ребенка на ранчо к Джойс, на самом деле не представлял себе реального масштаба проблем.

Джойс позволила мне прочитать сопроводительные письма, в которых родители рассказывают свои истории усыновления. Вот один из типичных текстов:

«Мы решили удочерить 12-летнюю девочку из России, когда узнали, что она единственная из целой группы сирот, которых привезли на лето в Америку, не нашла приемных родителей. Мы никак не могли предвидеть того, что случилось вслед за этим. Елена дважды угрожала мне, ее приемной матери, физическим насилием. Она обзывает нас так, что я не решусь повторить это вслух. Она не слушается и постоянно грубит. Она говорит, как ненавидит нас, каждый раз, когда что-то происходит против ее желания. Она постоянно врет. Она никому не доверяет. Она без разрешения берет чужие вещи, а когда ее на этом ловят, все отрицает и приходит в ярость. Мы знали, что наша жизнь будет непростой, мы прочитали много книжек типа “Родительство с любовью и логикой” и “Воспитание проблемного ребенка”. Мы наивно верили, что своей любовью преодолеем все. Но мы не были готовы к тому, что случилось. Если бы мы знали, что нас ждет, мы, возможно, передумали бы».

После случая с Артемом Савельевым Россия приостановила выдачу разрешений на усыновление в Америку до подписания нового договора. Российские чиновники говорят, что необходимо усилить контроль за прием­ными семьями, американские — предлагают привести правила усыновления в соответствие с Женевской декларацией о правах ребенка.

Однако из несчастливых историй усыновления видно, что первым необходимым изменением в этой процедуре должно быть обеспечение потенциальных родителей реальной информацией о ребенке и рисках, связанных с усыновлением. Джойс Стеркель показывала мне медицинские документы, которые получают американцы, усыновляющие детей из России, — как правило, это пара листочков с самыми общими сведениями, а иногда и того меньше. К моменту попадания такого ребенка на ранчо листочки дополняются толстой папкой с результатами разнообразных обследований, которые надо было бы делать перед тем, как отдавать ребенка в семью.

Усыновление — большой и не самый прозрачный бизнес, а усыновление из России — еще и скользкая политическая тема. Видимо, поэтому три самых крупных американских агентства, занимающихся усыновлением из России, отказались общаться с корреспондентом «РР» на эту тему. Зато одной идеей, как улучшить их работу, поделилась Джойс.

— Я бы задавала каждому, кто хочет усыновить ребенка, очень жесткие вопросы, — говорит она. — Например, что вы будете делать, если ребенку понадобится психиатрическая помощь? Каков ваш финансовый план на случай, если ребенку понадобится длительное ле­чение, не покрываемое страховкой? Что вы станете

делать, если ваш ребенок пожалуется в полицию, ложно обвинив вас в насилии по отношению к нему? Наконец, как вы поступите, если ваш ребенок будет угрожать убить вас или других ваших детей?

— Вы думаете, найдутся люди, которые после этого захотят усыновить ребенка?

— Я думаю, да. Их будет меньше, но они будут лучше готовы к тому, что их ждет.

Сын Синтии и Майка Хардингов из Мичигана 11-летний Филипп пробыл на ранчо Джойс Стеркель два года и летом вернулся домой. На ранчо у него был диагностирован эмбриональный алкогольный синдром, о котором большинство американских врачей, судя по истории Филиппа, не подозревают: у его родителей ушло семь лет на то, чтобы выяснить, что не так с их сыном. Теперь, когда, во-первых, ясно, в чем беда, а во-вторых, поведение Филиппа улучшилось после пребывания на ранчо, Майк Хардинг говорит, что ни о чем не жалеет. Но предостерегает других:

— Я бы сказал всем, кто хочет усыновить ребенка: не делайте этого, если не готовы к экстремальному самопожертвованию. Если у вас есть мечта, что ваш ребенок будет прекрасным, будет такой же, как вы, будет так же выглядеть, думать, пахнуть — вы ошибаетесь! Если бы кто-то до того, как мы приняли решение об усыновлении, сказал нам, какой станет наша жизнь, я бы отказался от этой идеи. Сейчас уже я настроен философски: то, что случилось со мной и моей женой, сделало нас сильнее, сделало нас больше христианами. Но моя жена все еще не готова воспринимать это так. Она была с Филиппом дома каждый день, и этот ад все еще внутри нее.

— Что вы думаете о той женщине из Теннесси, которая отправила своего приемного сына назад в Россию?

— Я ее понимаю. Она плохо поступила, но я хорошо ее понимаю. Поверьте, я тоже думал об этом, хотя эта мысль и разбивала мне сердце. Я никогда не сделал бы так: это мой ребенок, и все его проблемы — это мои проблемы, навсегда. Но я сильный. А она, видимо, оказалась слабее.

Из ада в рай

Я прочитала несколько десятков историй усыновления, описанных приемными родителями российских сирот, которые живут на ранчо в Монтане. Вопреки ожиданиям, невозможность иметь своих детей была мотивом усыновления лишь в нескольких случаях. Остальные сделали это из чисто альтруистических соображений — просто решили помочь детям обрести родителей.

— Америка — довольно патриархальная страна, здесь многие ходят в церковь, — говорит Джойс. — А знаете, что сказано в Библии? Самая лучшая религия — это

помочь вдове и усыновить сироту.

Но бывает, что и религия ни при чем. И это труднее всего объяснить на родине российских сирот.

Количество российских сирот, усыновленных американцами за прошлый год, оказалось в четыре раза меньше, чем в предыдущие несколько лет. Причина — в затянувшемся моратории на усыновление в США, введенном Россией после «дела Артема Савельева»

EPA

У Сьюзан Хагнер, выпускницы Гарварда, трое детей: один родной и два приемных — Мария и Робби. Она всегда знала, что усыновит ребенка, и выбрала Россию, потому что изучала русскую литературу и историю в университете. У Марии и Робби нет ни алкогольного синдрома, ни синдрома нарушения привязанности, хотя без медицинских и психологических проблем не обошлось. Но Сьюзан была готова ко всему. Ее пример — одна из тысяч историй счастливого и для детей, и для родителей усыновления, которые не попадают в новости.

Мы сидим с ней в городке Оак Парк в Мичигане на крылечке балетной студии, в которой занимается ее родная дочь Анна, и Сьюзан рассказывает, как пыталась объяснить российскому суду, почему они с мужем, имея своего ребенка, хотят еще усыновить сироту из России.

— Мой муж несколько месяцев учил русский — не только чтобы общаться с ребенком, но и потому, что ему казалось важным самому объяснить в российском суде наше решение. Переводчик, который одновременно был юристом и помощником, посоветовал говорить про медицинские проблемы, из-за которых мы не можем иметь детей. Но мы не хотели врать, не хотели делать вид, что мы усыновляем, потому что у нас чего-то нет — наоборот, мы усыновляли, потому что нам было чем поделиться. Когда судья спросила о наших мотивах, муж встал и начал говорить — что у нас большой дом, что чужих детей не бывает и если можешь помочь ребенку в беде, то надо это сделать… Судья выслушала его, а потом и говорит: ну хорошо, а усыновить-то вы почему хотите? Тогда встала я и сказала еще раз примерно то же самое — на английском. Переводчик перевел. Судья начала злиться. Она велела мне сесть и спросила уже нашего переводчика: зачем они хотят усыновить ребенка? Он ответил: видите ли, они уже не слишком молодые люди… И тогда судья с облегчением записала: «Медицинские проблемы».

Сьюзан и ее муж не ходят в церковь. Их бог — это просто любовь, которая не лечит, но и не лечится.

Сайт Джойс Стеркель  www.ranchforkids.org

Электронные игры изменяют структуру мозга.

Нами найдена интересная заметка, так сказать, по теме.

http://soft.mail.ru/pressrl_page.php?id=44465

Цитата: "Мозг подростков, регулярно играющих в видеоигры, отличается от мозга их сверстников, предпочитающих иные способы времяпрепровождения. К такому выводу пришли ученые из нескольких европейских университетов, недавно опубликовавшие результаты совместного исследования в журнале Translational Psychiatry.

В изысканиях приняли участие полторы сотни подростков 14-летнего возраста. Испытуемых разбили на три группы, на основании их персонального пристрастия к видеоиграм. Исследователи предположили, что среднестатистический подросток проводит за видеоиграми около девяти часов в неделю. Школьники,уделяющие компьютерным развлечениям больше времени были классифицированы, как «часто играющие». Однако ни у одного из участников изысканий не было выявлено признаков «игровой зависимости».

При последующем сканировании мозга испытуемых было установлено, что характерной особенностью увлеченных геймеров является увеличенный размер вентрального стриатума, отдела мозга, реагирующего на получение награды.Доктор Саймон Кун (Simone Kuhn), один из членов исследовательской группы из Гентского университета в Бельгии, объясняет, что активизация этого участка обычно происходит под воздействием благоприятных внешних условий, а также при получении удовольствия. Кстати, именно этот отдел головного мозга также отвечает за наркозависимость.

Авторы не берутся утверждать, что увеличение стриатума является следствием регулярных игровых сеансов. Также нельзя однозначно заявлять, что повышенный интерес к видеоиграм обусловлен естественными крупными размерами этого отдела. Доктор Люк Кларк (Luke Clark) с факультета экспериментальной психологии Кембриджского университета назвал открытие «крайне провокационным», поскольку исследуемый участок является одним из ключевых компонентов мотивационной системы мозга. "

Будет заикающийся, наигравшись компьютерных игр, хотеть учиться и лечиться - большой вопрос.

www.skoblikova.ru

The Maze - и, возможно, ваш ребенок замолчит навсегда.

Недавно наткнулись на бесплатную игру в интернете - The Maze.

http://www.winterrowd.com/maze/



Все и так понятно без слов. Заикающиеся, которым и простые-то игры могут пойти во вред, этого не вынесут.

www.skoblikova.ru